Рубрика: О жизни
30 Июл 2010Как ни пропасть, выехав на сытый далекий Запад: рассказ украинца, который избрал за ПМЖ Канаду.
Эмигрировать или нет? Такой вопрос, по-видимому, хоть раз в жизни ставил перед собой каждый украинец. Кое-кто сразу решил, что никогда никуда не поедет, разве как турист. Кое-кто, напротив, готовый ехать «хоть тушкой, хоть чучелом» при первом же случае. Кое-кто колеблется. Чем худшая ситуация в стране – или экономическая, политическая ли, тем более людей начинает задумываться над возможностью искать другую судьбу. «Что я посоветую делать разочарованным? Убегать отсюда»! – это слова писателя Юрия Андруховича из недавнего интервью УНИАН, и в них есть лишь часть шутки.
Так уже случилось, что последние десять лет я живу в Канаде (точнее, во французской ее части – Квебеку). Поэтому позволю себе поделиться некоторыми замечаниями относительно иммигрантской судьбы. Ниже изложенное базируется не только на моем опыте, но и на общении с десятками других людей из наших поприщ. Ведь когда-то я был основателем и модератором иммигрантского форума, плюс знакомые в украинском обществе, плюс знакомые из курсов, университетов, коллег по работе и тому подобное. Забегая наперед, скажу: «стоит ли на вопрос ехать»? нет однозначного ответа. Все зависит от вас – чего вы ищете в жизни, что вас интересует, на какие жертвы вы готовы?
Иммиграционный шок: ощущение – как в пьяного
Иммиграция к новой стране – это всегда шок. Вы могли считать себя космополитом и полиглотом, часто бывали за рубежом как турист, легко находили общий язык с заезжими иностранцами, но оказаться в другой стране с двумя чемоданчиками навсегда – это совсем иной опыт.
Все вокруг несколько иначе, чем дома: окружение, быт, пользование автобусом, магазины, банки, даже туалеты. Другой язык. Другие нормы поведения в обществе. Люди по-другому ищут квартиру, работу.. Когда таких «иначе» становится многовато, понимаешь, что очутился в положении малого ребенка, который учится ходить. Но вам не восемь месяцев. Вы привыкли, что вы уже кто-то. И вдруг оказываетесь в незнакомой среде, часто – без работы, почти без знакомых и без всякого опыта жизни в этой стране.
Иммиграционный шок напоминает алкогольное опьянение. Кому-то вдруг становится очень радостно – настоящая эйфория! Как здесь все хорошо! Какие люди вокруг! Кто-то, напротив, становится грустным. Все вокруг чужое, все – неправильное, люди – непонятные или и совсем плохие.
Одна женщина писала: «Все говорят, что первые три месяца иммиграции чувствуешь эйфорию. Потом – три месяца депрессии. И только впоследствии привыкаешь. Но у меня депрессия началась сразу.».
В действительности, все очень индивидуально. Возможно, все в любых комбинациях: эйфория, депрессия, оптимизм, разочарование, восторг от новой страны и проклятия по ее адресу.. Как в пьяного: то танцует человек, то вдруг плачет, а за минуту – опять веселая.
Многим иммигрантам кажется, что они «такие же, как всегда». И все они видят ясно, и все вокруг понятно. В пьяного тоже так бывают: кажется, что все под контролем, что действия – логические. А на завтра ему рассказывают, как танцевал на столе и орал невесть что.
«Когда знакомые вспоминают, что я городила, когда только приехала, не могу в то поверить, – рассказывает одна моя знакомая. – Оказывается, я была такой патриоткой»!
Иммигрантский патриотизм – это в чем-то защитная реакция. Ты в новой среде, часто – без серьезной работы, без ясных планов на будущее, без знания страны, с ограниченным кругом знакомых, да еще и с не очень добрым знанием языка. Чтобы самоутвердиться, человек начинает идеализировать родную страну и говорить, что «здесь» – все неправильно. Кое-кто подносит свою национальность: мол, мы, украинцы (кто-либо ли другой), – это ого-го! Поэтому в диаспоре больше националистов, чем на Родине.
Другая защитная реакция – «антипатриотизм». Это когда «дома все было плохо», зато «здесь» – все почти идеально.
Но за год-два оба вида «опьянения» проходят.
Язык: как ни съесть кроссовки вместо батончика
Язык – очень раздражающий момент социализации иммигранта в новой среде. Люди в другой стране учитывают качество языка чужестранца. Если кто-то неправильно ставит ударения, плохо формирует фразы, употребляет архаизмы, вульгаризмы или же слишком академические выражения, на него смотрят искоса. Иногда – пренебрежительно. Или и откровенно насмехаются. Потому что в каждой среде – свой сленг. Попробуйте поговорить с работягами высокомерным языком или с интеллигенцией – простонародной. С молодежью ли – языком 1950-х годов. Или с пенсионерами – молодежным сленгом. Такие попытки сразу же создадут дистанцию между вами и собеседниками.
Вспомните: большинство наших издевательских анекдотов о кавказцах, чукчив и тому подобное иронизирует из «ненашего» акцента и языковых ошибок («Ос – балшой паласатый мух»). Но при этом наши люди почему-то уверены, что «там, за рубежом» все будут радоваться из нашего «Зисиз зе тейбл, имей нейм из Васйа».
В Украине считается, что человек владеет иностранным языком, если:
- умеет поддержать разговор с иностранцем (например, объяснить, как пройти к вокзалу);
- умеет прочитать газетную статью, инструкцию к холодильнику или художественный рассказ, почти не заглядывая к словарю;
- ополчившись словарем, написать письмо зарубежному другу или даже бизнес-партнеру.
Но в этом мы – не уникальные. В цивилизованных странах планка обладания чужим языком еще более высока.
Зато те, для кого этот язык родной, считают, что владеть ею, это:
- из полслова понимать все, что сказали : все слова, выражения, подтексты, шутки, регионализми и местный акцент;
- говорить свободно, понятно, не колеблясь и не помиляючись, не добирая слов и почти без акцента;
- писать быстро, не задумываясь и без существенных ошибок; фразы не должны выглядеть необычно.
Вот с вами за столом – трое малознакомых людей, которые пользуются своим родным языком, а вы – иммигрант, и для вас этот язык – иностранный. В бытовой ситуации собеседники быстро устанут разбираться в ваших экзотических языковых конструкциях и акценте. Между вами образуется барьер. Если вы – иностранный турист и завтра поедете домой, то вас это не будет волновать. Но если вы собираетесь прожить в этой стране остальную жизнь, то можете остро почувствовать себя чужестранцем. К вам отнесутся или с раздражением, или с жалостью. И еще неизвестно, что хуже.
В Торонто, где половина населения рождена за рубежом, еще можно поверить, будто Канада – «страна иммигрантов», и потому «с акцентом никто не считается». Но уже в Едмонтони поверить в такое несколько сложнее. О Квебек вообще не говорю: здесь уже лет триста как сложилась своя полноценная нация, и распределение «свой-чужой» крепко засел в подсознании.
В Канаде существенные региональные особенности относительно языка. Когда я сажусь к оттавского такси, то понимаю, какая у меня замечательная английская – в сравнении с водителем. Когда же общаюсь с англоязычными должностными лицами в офисах, осознаю, насколько мой язык далек от идеала. В то же время в Монреале, чтобы работать на «белой» работе, надо хорошо знать французскую. А если организация англоязычна – английскую.
Один будущий иммигрант утверждал: «В Монреале, во франкоязычной среде, я выучу французскую в сто раз быстрее, чем дома на курсах». Потом он приехал в Монреаль и быстро понял: к среде еще надо попасть. Надо, чтобы тебя туда приняли.
Для работы или учебы надо хорошо владеть языком. Для неформального общения – тем более. Ну кто пригласит домой или просто на пиво человека, который не умеет нормально говорить?
Один мой знакомый сказал англоязычным коллегам, что съел «Snickers» (шоколадный батончик). Однако едва заметно ошибся в произношении, и те услышали «sneakers» (кросивки). Коллеги искренне посмеялись.
Не хочу никого пугать. Даже с сильным акцентом можно сделать карьеру. И даже с ошибками в произношении можно завести много местных друзей и чувствовать себя полноправным членом общества. В конечном итоге, есть большая вероятность, что вы будете работать между иммигрантов, которые и сами разговаривают не идеально. Но в любом случае язык надо учить серьезно.
Сделать дом уютным - просто. Необходимо подобрать интерьер помещения, дизайн квартиры, определится с мебелью и комфортный дом готов!.